МЕНЮ
Герардо Базилио. Анатомический атлас с комментариями. Амстердам, 1666 ММУО
АНАТОМИЯ КАК ИСКУССТВО

Начиная с эпохи Возрождения изучение человеческого тела стало не только популярной областью науки, но и неотъемлемой частью изобразительного искусства. Появление первых подробных анатомических атласов с гравюрами, точными с анатомической позиции, и искусно выполненными с художественной точки зрения, сделало их желанным приобретением для богатых коллекционеров. Эти пособия встречались и у практикующих медиков, и у людей, далёких от медицины. Тайны тела волновали и учёных, и художников, и обывателей. Известно, что такие мастера, как Леонардо да Винчи и Микеланджело препарировали трупы, пытаясь понять строение человеческого тела, которое они изображали в своих произведениях.

Круг Пьера Миньяра (1612-1695) . Спящая Венера. Франция. 1680-1695.Холст, масло. ММУО
Несмотря на всестороннюю необходимость в изучении человеческой анатомии, эта область науки имела отталкивающую составляющую: вскрытые трупы были грязными и плохо пахнущими. Чтобы это скрыть и сделать изображения частей тела более эстетичными для широкой публики, художники использовали метафоры и ассоциации с прекрасными произведениями искусства. Так, в качестве вдохновения, художники по воску, создавая анатомические модели, использовали изящные образы мраморных скульптур и героев живописных полотен. Они тщательно копировали не только позы, но и аксессуары Венер, изображённых на картинах эпохи ренессанса и барокко.
Анатомические таблицы, в которых кратко объясняется структура и функционирование человеческого тела и всех его частей. Амстердам: Янссон и Вайсберг, 1734 ММУО.
Анатомические атласы и восковые модели создавались на стыке науки и искусства, они и сейчас вызывают интерес. Надо отметить, что относительно недавно сформировалась позиция, что тело человека - это результат эволюции, а не Божественное творение. Христианская идея о том, что Бог создавал человека по своему подобию, отражала связь человеческого с божественным и определяла место человека во Вселенной. Поэтому произведения анатомического искусства, созданные в XVII - XIХ веках, обладают живостью, красотой и выразительностью. В них сочетаются жизнь и смерть, наука и искусство, красота и отвращение.

Создавая женские анатомические модели, художники много внимания уделяли красоте Венер, ведь глядя на неё у зрителя должно возникать желание получать знания. При этом не стоит забывать, что в XVIII веке наукой занимались только мужчины. Арно-Элуа Готье д'Аготи, сын создателя анатомических эстампов XVIII века, писал: «Чтобы учить мужчин, их нужно соблазнить эстетикой, но как может кто-то назвать образ смерти приятным?». Скульптор понимал, что фигура не может ассоциироваться со смертью и могилой, поэтому Венеры были похожи на живых. Их лица не выражали боли, а на теле нет следов крови.

Герардо Базилио. Анатомический атлас с комментариями. Амстердам, 1666 ММУО
Анализируя Венер Сузини, создатель которых стал известен ещё при жизни, можно определённо назвать их образ эротизированным. Это выражается в выгнутых поясницах, томно закатанных глазах и приоткрытых губах. Не только ради эстетики фигуры лежат на шёлковых простынях, мягких подушках и украшены нитками жемчуга - они изображают представительниц среднего класса, которые, придя на выставку или в анатомический зал, должны понять, что знания и медицинские практики приносят пользу и помогают лучше заботиться о теле.
Восковая анатомическая модель. Мастерская Клементе Сузини. Конец XVIII века.

Музей «Ла Спекола». Флоренция, Италия
В качестве диковинки анатомические модели приобретались в частные коллекции. Помимо научной составляющей, они уже были готовыми эффектными экспонатами в собственных стеклянных витринах, фанерованных красным деревом, на них хотелось смотреть и изучать. Притягательность образа и в тоже время его пугающая натуралистичность не вызывали у человека XVIII века противоречия. Несмотря на все открытия в медицине, смерть оставалась страшной тайной, а сюжеты, называемые «mementomori», повсюду окружали человека, напоминая о смерти и призывая задуматься о суетности и тщеславии.